Методы датировки мелкой пластики


Отсутствие паспорта предметов мелкой пластики – одна из главных проблем их датировки. Эта проблема усугубилась после революции, когда церковные ризницы, созданные и накопленные за многовековой период русской истории, без должной документации были сданы на хранение в государственные архивы. Даже сегодня археологи не могут опознать некоторые из этих артефактов, фактически вырванных из географического и культурного контекста своего времени.

Как правило, паспорта не имеют и те изделия, которые относятся к археологическим раскопкам дореволюционного периода. Хотя о многих изделиях можно найти сведения о географии их обнаружения, точная история их возникновения не известна.

Вторая проблема датировки мелкой пластики обусловлена технологией производства предметов, которая допускает механическое воспроизведение отдельного изделия в течение неопределенного промежутка времени. Нечёткость рельефного рисунка – один из элементарных признаков, по которому можно отличить новую отливку от старинного оригинала.

Исследователь Татьяна Сарачева доказала, что нечёткость и деформация рельефа может быть и результатом ошибки в технологии производства. Однако в большинстве случаев слабые деформации рельефа всё же указывают на то, что меднолитное изделие подверглось слишком частым переливкам. Чаще всего этот фактор относится к раннему типу переливок.

Передача по наследству медной и каменной пластики

Следующий проблемный фактор в процессе датировки – продолжительность употребления предметов в быту. Например, найденные на раскопках старинные кресты и иконы, по утверждениям археологов, могли неоднократно передаваться по наследству. Эта гипотеза нашла подтверждение в текстах духовных грамот князей XIV-XV вв., в которых содержится информация обо всех драгоценных церковных изделиях, когда-либо передававшихся из поколения в поколение и носивших статус семейных реликвий русской знати.



Данная традиция относилась к изделиям из ценных материалов (серебра, золота) и была нехарактерна для крестов и икон, которые изготавливались из меди и камня и использовались широкими слоями населения средневековой Руси.

Из менее ценных артефактов из поколения в поколение передавались, предположительно, некоторые особо ценные виды энколпионов и каменные нательные иконки. В частности, данное предположение подтвердилось найденным в Твери в культурном слое 15 века рельефно-черневым энколпионом домонгольского периода (данная находка описана доктором исторических наук В.А. Лапшиным в 2009г.). Некоторые ранние по облику кресты в поздних слоях также представляют собой отливки, притом весьма качественные.

Это важный аргумент в пользу многолетнего использования каменных изделий. К таким предметам относится найденная археологами в Новгороде каменная икона с изображением Симеона Столпника и Ставрокия. Резное изображение святого Георгия, выполненное на обороте иконы резчиком начала XIV века, позволило специалистам датировать изделие началом XIII века.

Тем не менее, всех перечисленных примеров слишком мало, чтобы сделать окончательный вывод о том, что энколпионы и каменные иконы массово передавались по наследству. И уж тем более нет серьёзных оснований заявлять о том, что данная традиция относилась к тельникам и каменным крестам.

Методы датировки предметов мелкой пластики

Существует несколько эффективных способов датировки мелкой пластики. Первый и самый распространённый – датировка с помощью привлечения материальных преданий, вместе с которыми хранились в монастырях и церквях драгоценные предметы. Именно из них черпали информацию об изделиях составители таких каталогов, как «Памятники московской древности» (1842—1845) и «Древности Российского государства» (1849). Самые яркие примеры реликвий с подобным способом датировки – кресты Авраамия Ростовского, Павла Обнорского, Варлаама Хутынского, Марка Пещерника.

Однако этот метод не является универсальным по той причине, что большинство изделий мелкой пластики не описаны в преданиях. Попытки датировать по данному методу изделия, не связанные с легендами, обречены на неудачу: фольклор возникал позже изготовления таких средневековых артефактов, и они превращались в реликвию лишь спустя долгие годы. Поэтому данный метод можно использовать лишь как дополнительный подход, позволяющей определить, скорее, дату почитания изделия, чем год его создания.

Другой метод, близкий к «датировке по преданиям», представляет собой определение периода изготовления артефакта по соотнесению с историческими лицами. Тем не менее, этот метод также следует считать не основным. Самый яркий пример такого подхода – датировка черниговской гривны Владимира Мономаха. Впервые эта датировка была проведена Измаилом Срезневским в конце XIX века, а впоследствии Николаем Лихачёвым в начале XX века и Борисом Рыбаковым в 1964 году, после чего такой подход был признан научным сообществом состоятельным.

К такому же типу датировки следует отнести изыскания, связанные с «суздальским змеевиком» (Филимонов, 1875). Ещё археолог Иван Толстой (1858-1916) заявлял, что приписывание князьям именных змеевиков является злоупотреблением историческими данными. Например, наперсные кресты датировались в основном по связи крестильного имени исторического персонажа с именем святого. Когда историкам удавалось выстроить такую связь, они, недолго думая, определяли изображение на кресте как патрональное и присваивали ему соответствующую датировку.

Следующий метод датировки, тоже близкий предыдущим, – сопоставление с географическим контекстом обнаружения изделия. Показательный пример – найденный в стене Троицкой надвратной церкви Киево-Печерской лавры крест Николы Святоши. Этот эмалевый крест старинного образца археологи определили как закладной, то есть помещённый в стену во время строительства. Поскольку Николай Святоша, киевский князь-монах, жил как раз во время строительства церкви, крест был приписан ему.



Атрибуции изделий историческим личностям на базе таких признаков нередко приводят к ошибочным выводам. Именно по этой причине уже во второй половине XIX столетия, ко времени достаточного накопления знаний о древнерусском ремесле, стал популярен метод датировки мелкой пластики на базе её сопоставления с произведениями живописи.

Датировка по стилю и орнаменту

Специалисты называют этот метод по-разному, в том числе датировкой по стилю. Некоторые исследователи отдельно не описывали данный способ датировки, можно судить лишь по результату. В целом можно сказать, что датировка по стилю объединяла стилистический и иконографический анализ в том смысле, который придают этому слову современные учёные. Исследователи-первопроходцы, которые датировали изделия таким образом – Никодим Кондаков и Георгий Филимонов (вторая половина 19 века).

Впоследствии данный метод не был забыт и стал применяться в публикации археологического материала другими учёными более позднего периода. Датировка по стилю была широко распространена во времена СССР, используется она и в современной России. Этот метод полностью оправдан и является весьма надёжным, потому что мелкая пластика – вид искусства, тесно связанный с другими направлениями художественной школы, оказывающими друг на друга взаимное влияние.

Датировка по стилю – непростой процесс. При её проведении необходимо учитывать все детали изделий мелкой пластики, поскольку для самых малых деталей по сравнению с живописью может быть характерно запаздывание. Также мелкая пластика порой датируется с помощью сравнения с иконами и фресками, в то время как их датировки, в свою очередь, не всегда являются достаточно точными. Следовательно датировка по стилю и иконографии должна подтверждаться дополнительными данными, и быть применена в совокупности с другими способами.

Стоит упомянуть такую разновидность датировки по стилю, как анализ орнамента. Он тоже проводится на базе сопоставления иконографии пластики с памятниками живописи, а также с предметами декоративно-прикладного искусства, но лишь с теми, чья хронология определена с достоверной точностью. В процессе использования данного метода датировки следует прибегать к помощи специалистов в области истории искусства.

При публикации ранних материалов (19 век) о старинных предметах мелкой пластики из археологических раскопок орнамент не был широкой темой для обсуждения, потому что он, как правило, не изобиловал декоративными мотивами. Данный метод применим лишь к экспонатам, созданным не ранее XV столетия, так как более ранние образцы древнерусского искусства не изобиловали орнаментами и не отличались большой степенью детализацией.

Эпиграфика и палеография

Следующий метод датировки, отличающийся от предыдущих, – датировка по надписям (эпиграфика). Первый аргумент в пользу этого метода заключается в том, что некоторая часть надписей сама по себе является датированной. Изделия с такими надписями уже в первой половине XIX века объединялись в специальные собрания (Кеппен, 1821). В этих сборниках имеются как изделия, датированные напрямую, например, складень мастера Лукиана, так и изделия, датированные по косвенным признакам, например предметы наподобие черниговской гривны.



В таких поздних собраниях, как своды Бориса Рыбакова и Татьяны Николаевой (1960-е годы), «псевдодатированных» изделий гораздо меньше, но всё же они есть. Среди них – икона с изображением князя Глеба, датируемая XI веком на базе определения изображения как патронального. Еще одна группа изделий в данных собраниях – недатированные надписи. Их хронологию определяют на основании датированной эпиграфики и палеографии рукописей. Самое большое внимание исследователи уделяли змеевикам, содержащим относительно длинные надписи.

В рамках этого метода исследователи обратили большое внимание на палеографию крестов-мощевиков и каменных икон. Это яркий пример массового археологического материала, не имеющего достаточного количества текстов, попытки датировать который относятся ещё к дореволюционному времени (Леопардов, Чернев, 1891г.). Описываемый метод, безусловно, весьма эффективен, но не применительно к предметам мелкой пластики, для которых надписи нередко не соответствуют возрасту артефакта. Так, на некоторых привозных византийских стеатитовых иконках славянские надписи были высечены гораздо позже. Кресты-энколпионы также зачастую содержат надписи, нанесённые на более поздние отливки.

Археологический контекст и дендрохронология

При датировке предметов учёные-исследователи всегда уделяли большое внимание археологическому контексту, в котором они обнаруживали кресты и иконы. Во второй половине XIX века хронология археологических древностей всё ещё была расплывчата, но датировки изделиям всё рано давались, хоть и неточные. Как правило, неточности проявлялись в присвоении экспонатам более ранних дат. Например, до конца XIX века древнерусские курганы датировались дохристианским временем. К XX веку было обнаружено, что курганы возводились и в христианскую эпоху, и тогда курганные кресты стали датироваться более поздним периодом XI-XIV вв.

После революции методология датировки по контексту не претерпела значительных изменений. В подходе по контексту можно выделить тенденцию к сжатию хронологических рамок. Благодаря этому приёму современные археологи имеют возможность устанавливать возраст находок с точностью до половины столетия.

Большую роль в процессе развития методов датировки предметов мелкой пластики играет дендрохронология, получившая наибольшее применение при изучении археологических памятников новгородских земель. Огромный вклад в дендрохронологию внесла археолог, доктор исторических наук Мария Седова (1930-2004). Дендрохронология – это научный подход датировки археологических находок на базе изучения годичных колец стволов древесины.



Дендродаты предметов, найденных в новгородских землях, стали ориентиром для датировки находок многих других памятников. Сегодня археологи находят дендрохронологически датированную мелкую пластику и в других городах, но в очень малых количествах.

Датировке по аналогии с новгородскими или другими хорошо датированными материалами является оправданной, однако при её проведении необходимо учитывать региональные особенности, которые могут потребовать создания отдельной хронологической шкалы.

Материал и технология изготовления

Большую роль в датировке мелкой пластики играет материал, из которого она изготовлена. Так, специалисты усматривают связь между использованием разных сплавов в различные хронологические эпохи, разница между которыми может достигать трёхсот лет. Но существуют и исключения, при которых сплав, характерный для поздней эпохи, применялся и в более раннее время. Точная датировка с помощью химического состава сплава весьма перспективна, но главным недостатком метода является высокая стоимость необходимого для этого оборудования. Метод особенно эффективен для определения подделок.

Некоторые закономерности хронологии были выявлены не только для экспонатов, изготовленных из металлов, но и для иных материалов. Например, было установлено, что к середине 15 века постепенно сходит на нет ремесло миниатюрной резьбы по камню, при этом в тот же период набирала популярность резьба по мягким материалам – кости и дереву.

Другой пример – категоризация каменных крестов. В этом случае удачным следует признать подход по анализу горных пород, из которых изготовлены артефакты.

Важное значение для датировки экспоната имеет и технология его изготовления. В 19 веке справедливо считалось, что большинство средневековых крестов и икон сделаны методом литья, однако подробности технологии не были изучены. Русский учёный В.Н. Перетц (1870-1935) впервые обратил внимание на технологические нюансы литья. Исследователь определил, что существуют иконографически одинаковые артефакты с высоким рельефом, датированные ранним Средневековьем, причём более поздние предметы, напротив, нередко обладают средним и низким рельефом, что указывает на использование и копирование форм отливки, изготовленных несколькими веками ранее. Владимир Перетц отметил и другие особенности: штампованные образцы медной пластики стали появляться лишь в 18-19 вв., способ шлифовки обратной стороны также был хорошим индикатором возраста, как и цвета эмали и способы её нанесения.

Другой советский археолог – Г.Ф. Корзухина (1906-1974) весьма успешно смогла использовать технологические признаки для датировки крестов-энколпионов. Современные специалисты также пытаются применять данный подход: в частности была исследована коллекция крестов-энколпионов Государственного исторического музея, составлено описание 12-ти технологических типов, но убедительной связи между технологией и периодом производства артефактов установлено не было (Асташова, Петрова, Сарачева, 2013г.). Следовательно, анализ технологических особенностей изготовления предметов также не является гарантированно успешным методом.

Таким образом, накоплен большой арсенал для научной датировки артефактов мелкой пластики: использование данные письменных источников, анализ иконографии и стилистики, эпиграфика, дендрохронология, анализ археологического контекста, анализ сплава, анализ технологии и др. При этом ни один из способов не даёт гарантированно точного результата, поэтому для научно обоснованной датировки, обладающей высокой степенью достоверности, следует использовать максимально возможное количество методов из числа доступных исследователю.


Рекомендуемые статьи

Седова Мария Владимировна (1930-2004)

Седова Мария Владимировна (1930-2004)

Доктор исторических наук Мария Владимировна Седова – крупный специалист по истории Древней Руси, автор 3 монографий и более 100 статей, внесла большой вклад в р..

Лихачёв Николай Петрович (1862-1936)

Лихачёв Николай Петрович (1862-1936)

Академик, историк, искусствовед, руководитель Музея палеографии, почётный или действительный член многих научных обществ, Н.П. Лихачёв являлся обладателем одной..